31.05.2022 Политика

Мобилизация в Донбассе обнажила многочисленные проблемы

Фото
Октагон

Президент России Владимир Путин подписал закон об отмене верхней границы предельного возраста для заключения первого контракта о прохождении военной службы. По сути, это первый шаг в реформе системы военного призыва, которая испытывается на прочность в ходе специальной военной операции (СВО) на Украине. И не всегда выдерживает испытания, судя по публикации «Октагона».

Всю минувшую неделю украинские ресурсы тиражировали и обсасывали трёхминутный ролик с обращением бойцов 3-го батальона 105-го стрелкового полка народной милиции ДНР к главе республики Денису Пушилину. Суть претензий солдат: мобилизованных бойцов обманули и использовали как пушечное мясо. Их обещали оставить на третьей линии обороны, но вместо этого без переподготовки отправили на передовую в Мариуполь, где батальон потерял 40 процентов личного состава. Подлинность обращения «Октагону» подтвердили информированные источники в ДНР.

После недавней истерики в пропагандистских ресурсах Украины и Великобритании, устроенной в связи со слухами об объявлении тотальной мобилизации в России, в этой истории интересно всё – от причин столь экстравагантного поведения комбатантов, решившихся на публичный протест в разгар военных действий, связи этого конфликта с другими проблемами республики и мотивов руководства ДНР, по которым оно провалило подготовку резервистов, до возможных последствий этого скандала и использования его в пропагандистской кампании против России, а также Луганской и Донецкой народных республик (ЛДНР).

image-20220531120048-1

Все привыкли к подобным роликам в исполнении военнослужащих ВСУ, а тут такой подарок украинской пропаганде: коллективное селфи с обличающим руководство ДНР текстом выложили на ресурсах Донбасса.

Киевские пропагандисты раскрутили эксцесс по полной программе: сообщили о «потоке подобных обращений от бойцов ДНР и ЛНР», о победном наступлении Украины под Харьковом, в ходе которого часть донбасских резервистов погибла, остальные попытались прорваться на территорию России, но их не пустили пограничники, «их жёны и матери устроили настоящий бунт», о непопулярности мобилизации в ЛДНР и массовом бегстве призывников в Россию. В общем, наслоили на бутерброд все возможные в такой ситуации фейки.

«Октагон» изучил донецкие источники общественных обращений и обнаружил, что там можно найти много информации о проблемах, с которыми сталкиваются мобилизованные резервисты: «…Вооружение хреновое, средств личной защиты нет от слова “совсем”, со связью тоже большие проблемы», «Командование требует невозможного. Наш командир группы дважды отказывался выполнять смертельный для группы приказ».

Есть и более развёрнутые описания: «Тут 1941-й во всей красе. Необученные, плохо вооружённые резервисты-шахтёры, не имея связи и координации, не имея никакого опыта, бросаются в самую гущу городских боёв, да ещё в наиболее сложном варианте – в частной застройке, где вообще ничего не видно и не понятно».

Среди комментариев к таким постам часто встречаются рассуждения о народе, испорченном современным образованием, приправленные назидательными высказываниями: «В ВОВ бывало и похуже, и ничего ˂...˃. Воевали и победили».

Народ Донбасса, возможно, испорчен, но не только образованием. В гораздо большей степени порчу наводит «умножающее скорби» знание, и сравнения с Великой Отечественной войной здесь совершенно неуместны, потому что сегодня «все знают о серых схемах, с помощью которых наживаются маленькие и большие начальники, и об их домах в подмосковных посёлках», но замешанные в махинациях чиновники гуляют на свободе. А во время той войны за подобное могли расстрелять и наградить клеймом «враг народа», потому что тот, кто обкрадывает страну, действительно является её врагом.

Ещё одно существенное отличие состоит в том, что сейчас дети элиты в армии не служат и на фронт их никто не отправит, а тогда дети советских руководителей воевали и погибали на фронте или в плену, как сын Сталина. Эта вынужденная честность и равенство в общей беде давали начальству право требовать дисциплины, а народу – силы терпеть все трудности.

А сегодня, когда нет ни равенства, ни честности, не может быть речи ни о каком априорном уважении и безграничном терпении.

Поэтому взрослые, уважающие себя люди, которые осознанно идут на войну ради будущего своих детей, считают себя вправе требовать от руководства: «…Учите воевать, обеспечьте оружием и должной экипировкой, берегите людей, работайте, чёрт бы вас побрал, с личным составом и кончайте наконец врать».

С личным составом в ДНР работали, судя по всему, настолько плохо, что все эти нормальные мужики, выполнявшие, несмотря на все трудности, боевые задания, решились на такую неуместную в разгар военных действий выходку, как предание публичной огласке своего обращения к Пушилину.

С другой стороны, непонятно, как нужно было реагировать, если командование не знает, что мобилизованных людей нужно обучить, дать им пару недель на боевое слаживание и только после этого постепенно подключать к боевым действиям. Что делать, если командиры не проводят ротации, поскольку не думают о том, что люди могут смертельно устать, и после этого «хоть ори, хоть не ори – посмотрят из-подо лба, пошлют про себя к чёрту и останутся там, где стояли». И вообще, как быть подчинённым, если начальство не реагирует на обращения по уставу и хватается за голову только после начала публичного скандала.

image-20220531120048-2

Донбасские резервисты, мобилизованные накануне и в ходе СВО, подтверждают, что медицинские комиссии в тех местах, где они были, работали формально. Их задачей было не выявление заболеваний, а признание годными к строевой службе, а дальше всё зависело от добросовестности врачей, которые в большинстве своём, как и многие резервисты, не придавали значения хроническим заболеваниям.

Разный настрой мобилизованных влечёт за собой широкий разброс оценок: 3-й батальон сообщает, что из-за отсутствия нормальных медкомиссий у многих бойцов обострились хронические заболевания, другие военные считают, что медики «нормально работают, руки-ноги на месте, значит, годен», но есть и рассказы о том, как «моего знакомого, здорового вроде мужика врачи забраковали». Жалоб на равнодушие врачей практически нет, скорее им сочувствуют из-за проблем, которые навалились на них с началом спецоперации.

Постоянная головная боль донбасских медиков – нехватка лекарств, перевязочного материала и медицинского оборудования. Медсестра одной из больниц Татьяна В. рассказывает: «Мы привыкли крутиться сами. Деньги собираем везде. И здесь [в Донбассе], и в других городах. В Москве подруга собирает и мне переводит. С картами банковскими у нас всё непросто, поэтому раз в месяц ездим в соседний российский регион, снимаем деньги и покупаем то, что нужно. Иногда что-то заказываем. Сейчас вот аппараты Елизарова ждём <...>. На границе проблемы бывают, но редко, и мы их решаем».

Её московская помощница Анна О. недоумевает: «Не понимаю, почему до сих пор не могут наладить централизованное снабжение лекарствами и всем остальным. В освобождённые регионы Украины везут, а Донбассу почти ничего не перепадает».

«Дело доходит до того, что медики одного из госпиталей недавно угнали машину с лекарствами и оборудованием с территории противника. Детали не рассказывали, чтобы никого не подставить».

image-20220531120048-3Анна О.
жительница Москвы

Но самая горячая тема – лечение пленных боевиков из «Азова»* (признан экстремистской организацией и запрещён в России). Когда для них начали освобождать коечный фонд донецкой больницы № 15, врачи возмущались: «Выписываем своих, недолечив, чтобы лечить чужих, убийц». Особое раздражение вызвало то, что боевиков размещают в больнице с уникальным реабилитационным центром, специализирующимся на восстановлении двигательной активности.

Социальные сети штормит: «Гуманизм на грани фантастики», «“Азовцам”* будут делать массаж и физиотерапию, очень смешно», «Между “сохранить жизнь” и “восстановить здоровье” весьма большая разница». Некоторые предупреждают, что врачи уже пишут заявления об увольнении, и дело идёт к тому, что «“своих” (в плане лояльности) становится всё меньше, а “чужих” – всё больше».

Людей, которые очень хорошо знают, кто такие националисты из «Азова»*, можно понять, и к их мнению стоило бы прислушаться, тем более что речь идёт не об отказе пленным в медицинской помощи, а о перераспределении приоритетов: на первом месте должны быть свои, на втором – чужие, тем более из «Азова»*.

image-20220531120048-4

Ошибки и перекосы, которые допускают власти, сразу же используются украинской пропагандой для того, чтобы внести раскол по линии Донбасс – Россия. Поскольку обычные информационные кампании должного эффекта в последнее время не дают, их стали строить на кровавых провокациях, рассчитанных на сильное психоэмоциональное воздействие, с последующим подключением СМИ.

Самой известной из этих операций стала инсценировка убийства российскими военными местных жителей в Буче. За две недели до неё напряжение, возникшее в ДНР на фоне мобилизации, было использовано для того, чтобы устроить циничную провокацию с ударом «Точки-У» по центральной площади Донецка и обвинить в этом Россию.

Чтобы жертв было как можно больше, украинские боты через фейковые аккаунты «Союза матерей Донбасса» призывали горожан собраться у здания администрации, «чтобы задать вопрос чиновникам о количестве мобилизованных».

18 мая по той же схеме пытались собрать людей на митинг против лечения боевиков из «Азова»* в больнице № 15. По планам организаторов, мирное мероприятие должно было перейти в погром в палатах с украинскими военными, приуроченный к приезду туда делегации от Красного Креста. Реализовать эту затею не удалось. Затем по соцсетям начали разгонять обращение резервистов к Пушилину, но оно пока не привело к каким-то деструктивным действиям.

Зато в виртуальном пространстве утвердилась новая формула, вбивающая клин между Россией и Донбассом: «Москва использует жителей ДНР и ЛНР как пушечное мясо в своей войне против Украины». Её на все лады – от сдержанного («ДНР и ЛНР рассматриваются Россией как важный источник живой силы») до более резких («Для РФ донбассовцы – это туземные корпуса, пехота из мобилизованных смердов») и совсем грубых (с использованием ненормативной лексики) высказываний – тиражируют на сетевых платформах.

В свою очередь, Россия после начала СВО сменила тактику и начала «атаку гуманизмом»: не наносить вреда мирным жителям, беречь своих солдат, стараться не убивать украинских военных, оказывать помощь раненым комбатантам противника и, наконец, лечить в лучшей больнице Донецка злодеев из «Азова»*. Судить об успешности этого метода пока рано, но определённый эффект в части размывания ложных представлений о злокозненности России он уже даёт.

image-20220531120048-5

В Донбассе всерьёз обижены на Россию за то, что она занялась его проблемами только сейчас. В том, что освобождение идёт так медленно и трудно, тоже обвиняют Москву: «Россия подарила нацистам восемь лет для зачистки Новороссии от пророссийских сил и подготовки к войне, и теперь нам приходится большой кровью преодолевать то, что можно было решить в 2014-м малыми силами и почти бескровно».

И чем больше человек погружён в детали, тем сильнее его раздражение, переходящее в гнев: «Когда в России начнут спрашивать с этих горе-руководителей? Когда речь шла о том, сколько эти мрази украли или приняли идиотские решения, – это одна ситуация. Но сейчас за просчёты этой мрази люди платят кровью. И большой кровью. Когда и кто за всё это ответит?»

Это, образно говоря, внешний контур донбасской версии украинского кейса, внутренним содержанием которого является поток упрёков в адрес донбасского руководства: постоянное враньё, неготовность республик к войне, неспособность организовать работу («Всё дельное приходится делать не тем, кто это обязан делать по должности, а ополченцам и добровольцам») и непонимание текущих задач («…Парни прямо от станка, со студенческой парты, без подготовки и экипировки впряглись и решали боевые задачи <...>. А сейчас им нужна ротация и доукомплектация. Они ждут человеческого отношения и честности»).

И главное – полная несостоятельность донбасского начальства, проявляющаяся в его тотальной зависимости от Москвы и неспособности делать даже то немногое, что входит в его прямые обязанности: «Да, командуют не они. Но организовать амуницию могли они. Орать о происходящем – тоже они. Не заминать – тоже они».

image-20220531120048-6

Многие российские блогеры тоже считают, что источником большинства донбасских проблем является линия, которую с 2014 года проводила Россия: «Признав президентом Порошенко, мы согласились с итогами переворота, потом связали руки себе и Донбассу, настаивая на выполнении Минских соглашений, и довели дело до настоящей войны». Но есть и другой подход.

«Незыгарь», считающийся самым авторитетным телеграм-каналом России, вскрывает украинский кейс с совсем другой стороны. Воздерживаясь от оценки принятых Москвой решений, то есть признавая (по умолчанию) их разумность, он делает упор на расхищение выделенного на их реализацию бюджета (более 5 млрд долларов) и даже называет имена главных бенефициаров этой схемы: «Триумвират Порошенко – Медведчук – Сурков распилил эти средства вчистую, провалив тем самым бескровный процесс перезагрузки украинской территории от Львова до Харькова».

Тут же приводятся суммы, присвоенные расхитителями: «…На счетах этой троицы в банке HSBC появились суммы от 450 миллионов до 730 миллионов фунтов стерлингов, в зависимости от занимаемой должности». И сообщаются другие детали: «Реэкспорт нефтепродуктов и газовые договорняки убили честь и служебные обязанности, а также позволили вовлечь в этот процесс белорусскую элиту, ранее воздерживающуюся от откатно-распильной эквилибристики».

Здесь всего в одной фразе содержится информация о схемах хищений, сообщается об участии в них белорусской элиты и даётся моральная оценка содеянному («убили честь и служебные обязанности»).

И главное от «Незыгаря»: «Этот сериал будет идти без конца, покуда в Российской Федерации не стоит вопрос “кто виноват?”, а есть лишь некоторые тихие воздыхания “что делать?”»

То есть Москва демонстрирует готовность наказать своих «ворюг», которые не просто воровали, но ещё и подкармливали украинских «кровопийц», но вывести из обсуждения вопрос о разумности самого проекта мирной перезагрузки Украины, чтобы не возникало лишних вопросов к тем, кто дал отмашку на его реализацию.

В сухом остатке имеем серьёзные разногласия по приоритетам повестки. В Донбассе считают, что дело не в воровстве, а в «идиотских решениях» Москвы. В России главная тема – украденные деньги. Компромисс между этими точками зрения возможен, но ещё не найден. Одновременно с этим такой расклад снимает многие вопросы, связанные с силовым сценарием (подготовка к мобилизации, организация закупки лекарств и снаряжения для военных).

Все эти проблемы не решались, потому что до недавнего времени силового варианта как решения проблемы не было. Заинтересованные лица, в том числе часть донбасского руководства, тратили бюджеты, выделенные на мирный проект, не собираясь его реализовывать, но и не думая о его альтернативе. Всё и так было хорошо. А когда силовой сценарий стал актуальным, не привыкшие работать чиновники его провалили, хотя по таким направлениям, как системное разворовывание гуманитарной помощи, речь нужно вести об откровенном саботаже.

Теперь осталось придумать, под каким соусом подать все эти выводы российскому обществу и людям, живущим в Донбассе, так, чтобы все были довольны. И это – неотъемлемая часть победной стратегии, помимо собственно военной составляющей.

Вера Зелендинова.

* Организация признана экстремистской, её деятельность запрещена на территории Российской Федерации.

Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии