Плакат времен холодной войны
22.12.2023 Политика

Темные времена: движется ли мир к глобальному конфликту или всего лишь к новой холодной войне?

Автор
Фото
архив

В 2023 году число активных вооруженных конфликтов достигло пика со времен окончания Второй мировой. Многие из них далеки от разрешения, а их затяжной характер создает условия для возникновения новых очагов вооруженного насилия. Фоном для них является растущая напряженность во взаимоотношениях глобальных игроков — России, Китая и США — и разговоры о закате того, что называют Pax Americana. Значит ли такая интенсификация конфликтов, что мир движется к Третьей мировой войне? Ответ – в обзоре издания-иноагента Re: Russia, базирующегося на анализе эксперта Института международной экономики Петерсона (Peterson Institute for International Economics, PIIE) Каллена Хендрикса.

Созданный американскими экономистами индекс геополитических рисков показывает, что нынешний уровень интенсивности конфликтов является повышенным, но не исключительным. Последние годы с точки зрения динамики индекса скорее напоминают 1970-е или ранние 1980-е, а не 1930-е, когда планомерное нарастание конфликтности на протяжении десятилетия закончилось мировой войной. Это можно было бы счесть хорошей новостью, но стоит иметь в виду, что Первая мировая, в отличие от Второй, началась как будто на ровном месте — после периода геополитического затишья. Тем не менее профиль индекса указывает, что мир входит в период новой холодной — а не горячей — войны.

Полномасштабная война России в Украине, конфликт на Ближнем Востоке, гражданские войны в нескольких странах Африки и Мьянме развиваются параллельно. Согласно подсчетам проекта Uppsala Conflict Data Program (UCDP) Уппсальского университета, в 2023 году число активных вооруженных конфликтов достигло пика со времен окончания Второй мировой. Как недавно писала Re: Russia, по данным Международного института стратегических исследований, с мая 2022-го по июнь 2023-го их число возросло на 14% по сравнению с предыдущим годом. Общим фоном для этой конфликтной атмосферы служит рост напряженности между США и Китаем и угроза противостояния вокруг Тайваня. Индекс влияния военных потерь на экономику, рассчитанный Bloomberg Intelligence, подскочил до значений, максимальных за 40-летний период, а высокопоставленные чиновники из США, ЕС, других стран G20 и НАТО подтвердили Bloomberg, что возникающие конфликты становятся триггерами для новых, и указали на потенциальные очаги напряженности 2024 года, в частности на Балканах и на Кавказе. В Европе, по данным Bloomberg, с подачи Франции обсуждается, как реагировать, если Азербайджан вторгнется в Армению.

Но насколько исключительной выглядит такая интенсификация конфликтов в сравнении с другими периодами истории? Свидетельствует ли это о вероятности приближения глобального конфликта — Третьей мировой? Или она уже началась в латентных формах? Ответы на эти вопросы отчасти дает анализ эксперта Института международной экономики Петерсона (Peterson Institute for International Economics, PIIE) Каллена Хендрикса: чтобы оценить сравнительный уровень угрозы, он обратился к индексу геополитических рисков (GPR), который разработали сотрудники ФРС Дарио Кальдара и Маттео Яковиелло. Под геополитическими рисками они понимают «неблагоприятные события, связанные с войнами, международным терроризмом и другими факторами, которые влияют на мирное развитие международных отношений». Индекс основан на анализе публикаций ведущих мировых СМИ и охватывает период с начала XX века. Период до 1985 года покрывают архивы Chicago Tribune, The New York Times и The Washington Post, затем список изданий расширяется. Чем больше публикуется статей, посвященных создающим риски событиям, тем выше значение индекса. Нарастание рисков предвещает сокращение инвестиций, падение фондовых рынков, рост безработицы. В предсказании этих событий состоит прикладное применение индекса. 

Индекс геополитических рисков, 1900–2023

Изображение выглядит как текст, диаграмма, линия, График

Автоматически созданное описание

Историческая динамика индекса GPR показывает, что рост напряженности не обязан заканчиваться большой войной. Более того, нынешний период не выглядит самым опасным за последние десятилетия. Сопоставив средние и пиковые значения индекса за все время наблюдений, Хендрикс обнаружил, что, не считая двух мировых войн, самыми опасными периодами были конец 1940-х и начало 1950-х (ключевые события — последний этап гражданской войны в Китае и война в Корее) и первые несколько лет после терактов 11 сентября в Нью-Йорке. Самыми «безопасными» периодами, наоборот, оказались 1900–1913 годы, межвоенный период (1920–1933) и 1990-е, а точнее, время с распада Советского Союза (декабрь 1991-го) до терактов 11 сентября 2001-го. 

Впрочем, бросается в глаза, что началу Второй мировой войны явно предшествовал период постепенного нарастания напряжения в международных отношениях. Японское вторжение и оккупация Маньчжурии, приход к власти Гитлера в Германии, гражданская война в Испании и вмешательство в нее СССР, Германии и Италии, вторая китайско-японская война, радикализация нацизма и погром «Хрустальной ночи», наконец, оккупация Судет — все это ретроспективно выглядит подготовкой ко Второй мировой. В то же время Первая мировая война, наоборот, начинается внезапно и как будто на пустом месте — после периода «затишья». Впрочем, до 1985 года основой для индекса служат данные американской печати, которые могли преуменьшать значимость событий на европейском геополитическом театре.

В сравнительной ретроспективе рейтинга нынешняя ситуация не выглядит из ряда вон выходящей. Даже пиковое значение индекса GPR в 2020-х, отмеченное после вторжения России в Украину, оказалось в пределах стандартного отклонения от долгосрочного среднего значения за все время наблюдений. В предшествующие месяцы значение индекса было невысоким. В результате самый опасный период в новейшей истории сопоставим с началом Войны Судного дня в октябре 1973 года. 

Таким образом, считает Хендрикс, ситуация в мире хоть и не безобидная, однако она далека от худших сценариев. Впрочем, пока мы еще находимся в начале десятилетия и наблюдаем тенденцию роста напряженности в нем в сравнении с предыдущим. Если, как считают некоторые (и эта точка зрения приобретает все бóльшую популярность), нынешний рост конфликтов является отражением и предвестником заката Pax Americana, то следует ожидать дальнейшего роста напряженности и соответственно роста среднего десятилетнего значения индекса. Однако пока, несмотря на большое число конфликтов в 2020-х, значение GPR не указывает не приближение катастрофы (подобно ситуации 1930-х): с точки зрения динамики индекса последние годы скорее напоминают 1970-е или 1980-е. То есть мир возвращается к трендам холодной войны.

Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии