Кому война – мать родна?
Общим местом является утверждение, что СВО Путина позволило, помимо прочего, заметно нарастить доходы россиян – благодаря скачку зарплат в оборонке, миллионным выплатам контрактникам, причём в первую очередь выиграли жители депрессивных регионов. То есть таким образом сделан ещё один шаг к сокращению неравенства. Однако последние данные Росстата и мониторинга НИУ ВШЭ показывают, что всё наоборот. Впрочем, как отмечает изучивший статистику корр. издания-иноагента The Bell Денис Касянчук, вопрос в том, кто и как считает. В любом случае, у читателя есть возможность сравнить приводимый ниже табличный материал со своими ощущениями – и кошельком.
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ THE BELL ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА THE BELL. 18+
Владимир Путин любит представлять себя «народным президентом», который борется с имущественным неравенством, доставшимся ему в наследство от российского дикого капитализма 1990-х. До войны с Украиной Россия действительно успешно боролась с неравенством — но война и крутые изменения на рынке труда откатили ее успехи в этом деле на уровни начала десятых.
Война обогащает богатых
Владимир Путин придает большое значение созданию собственного образа как борца за социальную справедливость и против неравенства. С начала 2010-х еще не было ни одного года, когда президент России не провозглашал бы снижение неравенства одной из главных целей экономической политики. После вторжения в Украину Путин стал говорить об этом только больше. В одном только 2022 году он упомянул о необходимости снижения неравенства как минимум шесть раз (1, 2, 3, 4, 5, 6) и назвал его важнейшей целью российской экономической политики, а в 2024 году включил в список ключевых национальных целей на шесть лет.
На первый взгляд может показаться, что война в Украине должна была снизить имущественное неравенство: сотни тысяч завербованных в армию мужчин стали получать миллионные подъемные и высокие зарплаты в зоне боевых действий, а зарплаты в целом в России стали быстро расти. Но на деле вышло ровно наоборот: чем больше денег бюджет тратил на войну и чем больше Владимир Путин говорил о борьбе с неравенством, тем хуже становилась реальная ситуация.
В конце апреля 2026 года Росстат отчитался о том, что коэффициент Джини, самый известный индикатор неравенства, по итогам 2025 года вырос до 0,422 — максимального значения с 2007 года. И объявил, что теперь будет рассчитывать коэффициент Джини по новой методике. По ней коэффициент уже сейчас составляет 0,375 — то есть задача из указа Путина о национальных целях (довести коэффициент Джини до 0,37 к 2030 году) решена одним росчерком пера.
Если бы в России не меняли методику подсчета коэффициента Джини, властям вряд ли удалось добиться его снижения в условиях фактически плоских налогов для богатых, указывали экономисты Центра макроэкономических исследований Сбера. Согласно их подсчетам, снижения доходного неравенства до 0,34 к 2035 году произошло бы с вероятностью менее 15%.
Назад в 2010-й
Только в официальной российской статистике есть несколько показателей, которые фиксируют ситуацию с неравенством в стране. И все эти индикаторы подтверждают один и тот же большой тренд — до 2022 года уровень неравенства в России медленно, но уверенно снижался, но война уничтожила все эти достижения, откатив неравенство на уровень начала 2010-х.
Первый и самый известный индикатор — коэффициент Джини, который показывает расслоение среди населения в распределении доходов. Его значение варьируется от нуля (абсолютное равенство — доходы распределены равномерно) до единицы (все доходы сосредоточены в руках одного человека, а остальные не получают ничего).
В 2010-х и начале 2020-х Россия успешно боролась с неравенством — индекс Джини опустился с 0,421 в 2010 году до 0,398 по итогам первого военного 2022-го года. Но по ходу войны в Украине этот показатель достиг 0,422 — то же самое значение было в 2007 году. По мировым меркам это средне-высокий уровень наравне с Мексикой (0,426), Аргентиной (0,424) и США (0,418).
Второй показатель неравенства, который рассчитывает Росстат, — коэффициент фондов, то есть отношение денежных доходов 10% наиболее обеспеченной части населения к 10% наименее обеспеченной. Как и индекс Джини, оно стабильно снижалось с 2018 года, но с 2024-го вновь пошло вверх. По итогам 2025 года коэффициент фондов достиг 16 — последний раз такое было в 2013 году.
Схожий показатель — децильный коэффициент: соотношение минимальных доходов 10% наиболее обеспеченного населения и максимальных доходов 10% наименее обеспеченного населения. Он по итогам 2025 года достиг 7,5 — максимального значения за всю историю наблюдений Росстата с 2013 года.
Такое разное неравенство
Уровень неравенства — один из экономических показателей, значение и интерпретация которых могут быть очень разными в зависимости от методики его оценки. Истинных размеров неравенства в России не знает никто, писал в 2019 году один из самых авторитетных исследователей российского рынка труда, экономист Ростислав Капелюшников. То ли оно высокое (как в работе известного французского экономиста и специалиста по неравенству Томы Пикетти и соавторов), то ли среднее (как в данных Росстата), то ли низкое (как в расчетах еще одного известного специалиста по неравенству Питера Линдерта) — среди «статистической какофонии» есть подсчеты на любой вкус.
Например, оценка коэффициента Джини у экономистов из Сбербанка ниже, чем даже по новой методике Росстата — 0,3. Капелюшников предполагал, что Росстат искусственно завышает показатели неравенства: он делит совокупный доход домохозяйств на число членов, а это не учитывает экономии на масштабе. Помимо этого, Россия наряду с Бразилией, Китаем и США принадлежит к числу стран с огромной территорией и большим разнообразием климатических зон — и межрегиональные различия в доходах во многом представляют собой компенсацию за проживание в неблагоприятных и климатических условиях.
Почему растет неравенство
Что может стоять за резким ростом неравенства, которое фиксируют сразу несколько официальных показателей? Ответом на вопрос могут стать резкие изменения на рынке труда, произошедшие за время войны.
Исторически российская экономика отличалась низкими зарплатами: в 2019 году 71,2% россиян получали зарплату ниже средней по стране. Это было результатом сделанного еще в девяностые социально-экономического выбора между высокой безработицей с относительно высокими зарплатами у занятых и низкой безработицей, но и низкими зарплатами. Российские власти выбрали последнее, и с тех пор в кризисы в России людей не увольняют, а вместо этого сокращают их доходы или отправляют в длительные простои.
После начала войны резкий дефицит рабочих рук, заложенный долгосрочными демографическими трендами, усугубленный пандемией ковида и резко усиленный мобилизацией в армию, гибелью сотен тысяч военнослужащих и отъездом более чем полумиллиона россиян из-за войны, резко толкнула зарплаты вверх.
Быстрее всего зарплаты, конечно, росли на оборонных предприятиях — но это вынудило не отставать в оплате труда и гражданские предприятия, говорится в последнем выпуске Российского мониторинга экономического положения и здоровья населения (РМЭЗ) НИУ ВШЭ. Рост зарплат дополнительно подстегнули и огромные по региональным меркам выплаты участникам войны, пишут авторы исследования — ведь работотаделю приходится конкурировать и с армией. С момента вторжения в Украину средняя зарплата в России, выросла в номинальном выражении почти в два раза: с 57 тысяч рублей в феврале 2022 до 104 тысяч в феврале 2026-го.
Так же ведут себя и доходы населения в целом, к которым относятся не только трудовые, но и социальные выплаты, доходы от сдачи недвижимости в аренду и так далее. Росстат как раз с 2022 года считает их по десяти 10-процентным группам (децильным) группам по доходам. В 2022 году доходы самых бедных россиян росли в разы быстрее доходов самых богатых — прежде всего за счет роста доли социальных выплат, различных пособий и разовых выплат. Но последние доступные данные за 4 квартал 2025 года рисуют совсем другую картину. Наоборот, теперь доходы растут быстрее всего у самых богатых.
Есть все основания полагать, что этот рост происходит за счет увеличения трудовых доходов. Согласно данным Росстата (.xlsx), с довоенного 2021 года по 2025 год доля зарплаты в структуре доходов россиян выросла на 2 п.п. — с 57,2% до 59,2%. Интересно, что есть четкая закономерность: чем богаче человек, тем выше доля зарплаты в его доходах. Так, у члена домохозяйства, входящего в самую бедную децильную группу, трудовые доходы составляют 53%, у представителя самой богатой — 90%, следует из данных официальной российской статистики (.xlsx).
Кто выигрывает от роста неравенства
Конечно, от изменений на рынке труда одинаково выиграли не все. Помимо неравенства доходов, в России усилилось еще одно неравенство — зарплатное, указывали авторы мониторинга РМЭЗ. Зарплаты в самой высокооплачиваемой специальности (производство табачных изделий) на начало 2026 года были выше, чем в самой низкооплачиваемой (производство одежды), в 11 раз.
Быстрее всего зарплаты растут в отраслях, свзяанных с оборонной промышленностью. Об этом свидетельствует целый ряд косвенных индикаторов. Так, по данным РМЭЗ, в 2024 году доход от работы на государственных предприятиях в распределении доходов российских семей впервые с 2019 года превысил доход от работы на частных предприятиях (25,3% и 25,2% соответственно). А независимый проект «Если быть точным», используя данные Росстата по региональной динамике трудовых доходов, в 2024 году зафиксировал: быстрее всего в России зарплаты росли в переферийных районах — в том числе и потому, что как раз в средних и малых городах часто располагаются оборонные предприятия.
Что мне с этого?
Война привела к появления группы бенефециаров, увеличившей свои доходы за счет появившегося большого спроса со стороны государства. И если оборонка защищена от сокращения расходов в условиях замедления экономического роста и увеличения дефицита бюджета, другие отрасли, которые зависят от государства, такой протекцией похвастаться не смогут.
