17.03.2022 Политика

Как плачут богатые. Миллиардер Михаил Фридман оказался на бобах

Фото
Джон Стиллуэлл/Getty Images/AFP

Михаил Фридман — один из первых российских олигархов, дал эксклюзивное интервью журналисту Bloomberg Businessweek Стефани Бейкер  (Stephanie Baker).  Душераздирающее чтение: человек старался быть лояльным всем, 20 лет укреплял связи в США и Европе, но попал под «адские санкции» и на сей день оказался ни с чем. Но если люди, принимающие решения о санкциях против российских олигархов, считают, что таким образом через них можно оказать давление на Путина, то они вообще не понимают, как устроена власть в России, говорит Фридман.

Когда я впервые позвонила Михаилу Фридману чтобы спросить, будет ли он говорить о том, каково это быть санкционированным, он просто бросил трубку, можно сказать. Пару дней спустя он сказал, что все еще не думает, что это хорошая идея. После ещё нескольких попыток в стиле «тяни – толкай» он, наконец, согласился, предложив  встретиться в отеле в лондонском районе Мейфэр. Я внесла встречное предложение – пообщаться в его доме, Athlone House, викторианском поместье, которое он купил в 2016 году за 65 миллионов фунтов стерлингов (85 миллионов долларов по текущему обменному курсу). Ему это не понравилось, и в результате мы встретились в кафе в Северном Лондоне, разговаривая почти два часа под постоянный скрежет эспрессо-машины на заднем плане.

Одетый в синий кашемировой свитер, футболку и джинсы, он пришёл на несколько минут раньше назначенного времени и выглядел слегка измотанным. В течение двух недель с тех пор Россия вторглась в Украину, мир, каким он его знал, каким мы его знали, закончился.

Фридман не думал, что Путин начнет полномасштабное вторжение; в преддверии войны, по его словам, он сказал коллегам в LetterOne, его частной инвесткомпании в Лондоне, что он не может себе представить, чтобы русские воевали с украинцами. Эта мысль отражает его личную историю: 57-летний Фридман родился и вырос в Советском Союзе в западноукраинском городе Львове. Он был олигархом первой волны, сделавшим состояние на банковском деле и энергетике до прихода Путина к власти. Его родители — граждане Украины, которые до недавнего времени жили часть года в квартире во Львове, городе, известном антироссийскими настроениями и лидерством в украинском национализме. «Я знаю каждый уголок этого города», — говорит он мне. «Я всегда думал, что Украина будет сопротивляться».

В день начала вторжения Фридман находился в Москве в обычной командировке. Он быстро вернулся в Лондон, где провел следующие дни, принимая неистовые звонки из Украины. Он и его партнеры владеют одним из крупнейших банков страны и  долей в ее крупнейшем операторе связи, КиевСтар. Его послание своим топ-менеджерам там: используйте столько денег компании, сколько вам нужно, чтобы обеспечить безопасность сотрудников и их семей.

25 февраля, на следующий день после того, как российские войска вторглись в Украину, он отправил письмо своему штабу в LetterOne, позже ставшее доступным общественности, в котором охарактеризовал конфликт как «трагедию», утверждая что «война никогда не может быть ответом». Для Фридмана это было редкое политическое заявление, и он не стал напрямую критиковать Путина. Тем не менее, он говорит, что это заявление может сделать опасным для него возвращение в Россию.

В следующий понедельник его благотворительная организация - благотворительная группа «Генезис» -  объявила, что пожертвует 10 миллионов долларов еврейским организациям, поддерживающим беженцев в Украине.

Ничто из этого не помогло ему избежать участи некоторых российских магнатов. Как и его многолетние связи в США и Европе. 28 февраля адвокат Фридмана вызвал его со встречи, сообщив, что Европейский союз наложил санкции на него и его давнего делового партнера, Петра Авена,  возглавлявшего Альфа-Банк, крупнейший в России частный банк и ключевую часть консорциума Фридмана «Альфа-Групп». Адвокат начал объяснять, что это значит: запреты на поездки, замороженные счета…  «Я был в шоке», — говорит мне Фридман. «Я почти не понимал, что он говорил».

По его словам, теперь ему ясно, что ЕС не понимает, как на самом деле работает власть в России. Если смысл санкций заключается в том, чтобы мотивировать таких людей, как он, оказывать давление на Владимира Путина, говорит он, это хуже, чем нереально.

«Я никогда не был ни в одной государственной компании или на государственной должности», — говорит Фридман. «Если люди, которые несут ответственность в ЕС, считают, что из-за санкций я мог бы подойти к г-ну Путину и сказать ему, чтобы он прекратил войну, и это сработает, то я боюсь, что у нас у всех большие проблемы. То есть те, кто принимает это решение, ничего не понимают в том, как работает Россия. И это опасно для будущего».

Состояние Фридмана составляло около 14 миллиардов долларов до «спецоперации» Путина, по данным Bloomberg. Сейчас это около 10 миллиардов долларов на бумаге, так как Фридман находится в странном положении олигарха, практически не имеющего наличных денег. Когда Великобритания последовала за ЕС и санкционировала Фридмана 15 марта, его последняя рабочая банковская карта в Великобритании была заморожена. Он говорит мне, что теперь он должен подать заявку на получение лицензии на расходование денег, и британское правительство определит, является ли какой-либо запрос «разумным». Похоже, что это будет означать пособие в размере примерно 2 500 фунтов стерлингов в месяц.  Теперь он пытается выяснить, как платить за мелкие вещи и услуги, например,  уборщице. «Может быть, мне самому стоит убираться в доме», — говорит он с нервной усмешкой. «Это нормально. Раньше я жил в маленькой комнате общежития с четырьмя мужчинами, когда я был студентом, но после 35 лет это неожиданно».

Он раздражен, но осторожен, чтобы не сравнивать свои беды с бедами украинцев, страдающих от войны. «Мои проблемы на самом деле ничто по сравнению с их проблемами», — говорит он.

Санкции против Фридмана – это всего лишь один залп в беспрецедентной череде мер, которые сделали Россию самой «санкционированной» страной в мире.  Её экономика опустошена  такими мерами, как замораживание большей части активов российского центрального банка ( в совокупности составляющих эквивалент $640 млрд), исключения крупнейших российских банков из  системы обмена финансовыми сообщениями, известной как SWIFT, а также запрет или ограничение импорта российской нефти. Ожидается, что экономика страны сократится на 35% во втором квартале.

Однако наибольшее внимание привлекло замораживание активов российских олигархов, кажущегося бесконечным списком миллиардеров с яхтами, самолетами и особняками в некоторых из самых эксклюзивных анклавов западного мира, включая Лондон, юг Франции и итальянское озеро Комо. (Фридман говорит, что он не владеет недвижимостью, кроме своего лондонского дома, дома в Москве и квартиры для своих родителей в Латвии, и что у него нет ни яхты, ни самолета, чтобы их можно было захватить.)

«Персональные санкции против олигархов не являются точным инструментом», — говорит Сергей Пархоменко, советник Института Кеннана в Центре Вудро Вильсона в Вашингтоне. «Я знаю много гораздо худших олигархов в России, чем Фридман и Авен. Санкции не являются справедливым инструментом. Это оружие массового поражения».

В принципе, с ним согласен Адам Смит, партнер юридической фирмы Gibson, Dunn & Crutcher и бывший высокопоставленный чиновник Министерства финансов США, который консультировал администрацию относительно санкций с 2010 по 2015 год. «Одна из стратегий заключается в том, что если олигархи, близкие к Путину, подвергаются давлению, они будут оказывать давление на Путина», — говорит он. Однако «США санкционировали олигархов и раньше — начиная с 2014 года, а затем нескольких в 2018 году — и успех этой стратегии неоднозначен, как с точки зрения того, перестали ли олигархи поддерживать Путина, так и с точки зрения того, пострадали ли они».

Да, санкции, введенные до сих пор, выглядят разрозненными — некоторые бьют в цель, некоторые мимо, а некоторые выглядят как просто царапины. США не ввели санкции против Фридмана, Авена или их партнера Германа Хана. ЕС ввел санкции против Фридмана и Авена как физических лиц, но США и ЕС наложили лишь легкие ограничения на Альфа-банк, который генерировал большую часть их богатства. Бросаются в глаза и другие несоответствия. США, Великобритания и ЕС ввели санкции против Алишера Усманова,  ему заблокировали доступ к его яхте и частному самолету, но США немедленно развернулись и дали лицензии, чтобы позволить некоторым из его компаний продолжать вести бизнес. Контролируемый государством Газпромбанк в значительной степени остался нетронутым из-за своей центральной роли в торговле газом в Европе.

Аргумент Фридмана о том, что он не в состоянии оказывать влияние на Кремль, отражает то, как роль российских миллиардеров была перевернута с ног на голову с 1990-х годов. В то время Фридман был одним из первых семи олигархов, составивших так называемую семибанкирщину. Эта группа поддержала кампанию по переизбранию президента Бориса Ельцина и имела влияние на Кремль. Когда Путин пришел к власти в 2000 году, он навязал свою собственную модель: новая сделка заключалась в том, что, если они останутся вне политики, они смогут продолжать вести свой бизнес. Путин уничтожил олигархов, которые нарушили эту договоренность, в первую очередь Михаила Ходорковского, который провел 10 лет в тюрьме после того, как попытался вершить политику. За 22 года пребывания у власти Путин помог создать новый слой олигархов, которые разбогатели на государственных контрактах и управлении контролируемыми государством компаниями.

Для Фридмана санкции представляют собой конец его многолетней кампании за признание за пределами России.

В течение 20 лет он и Авен совершали ежегодные поездки в Вашингтон, чтобы встретиться с членами Конгресса и аналитическими центрами в попытке культивировать то, что Фридман называет «конструктивными отношениями» между американцами и русскими вокруг бизнеса. Его и Авена часто привечали за их понимание постоянно меняющегося политического ландшафта страны. В 2004 году они создали программу стипендий Alfa, которая финансировала более 200 американских, британских и немецких граждан для работы и путешествий по России в попытке «продвинуть знания о России на Западе». Фридман говорит мне, что, когда возникали разговоры о санкциях, он ожидал, что эти отношения защитят его. «Мы искренне верили, что мы такие хорошие друзья западного мира, что нас нельзя наказать», — говорит он. «Программа стипендий Alfa насчитывает, вероятно, сотни выпускников, многие из которых довольно успешные люди».

Фридман и Авен были одними из самых известных миллиардеров, которые делали большие деньги в России. В 2013 году «Альфа-Групп» выручили $14 млрд от продажи нефтяной компании ТНК-ВР подконтрольной государству «Роснефти». Эта сделка была заключена менее чем за год до того, как Путин аннексировал украинский Крымский полуостров, вызвав первоначальную волну санкций против России. Казалось, что Фридман и Авен вышли в кэш вовремя (хотя они сохранили такие российские активы, как Альфа-банк и долю в Х5, крупнейшей в стране сети супермаркетов), вложив вырученные средства в доли в ряде европейских активов, включая испанский супермаркет Dia,  продавец здорового питания Holland & Barrett и энергетическую компанию Wintershall. Фридман и его партнеры также объединили свои инвестиции в мобильную связь в рамках серии сделок по созданию Veon Ltd., возглавляемой Геннадием Газиным, американцем украинского происхождения, который в прошлом году вошёл в состав национального инвестиционного совета при президенте Украины Владимире Зеленском. Поскольку ни Фридман, ни другие его партнеры в отдельности не имеют контрольного пакета акций этих предприятий, они рассчитывали избежать санкций.

Я спрашиваю Фридмана, почему он просто не ушел из России и не продал «Альфа-Групп». В конце концов, он уже сделал состояние. «Нелегко продать такую большую компанию», — говорит он. «Кроме того, это компания, которую я построил из первого кирпича, поэтому эмоционально это не так просто. Эти предприятия как  мои дети».

ЕС мотивировал санкции против Фридмана и Авена тем, что они в 2018 году ездили в Вашингтон, с «неофициальной миссией по передаче послания российского правительства о санкциях США и контрсанкциях со стороны Российской Федерации». Фридман оспаривает эту характеристику, говоря, что аналитический центр под названием Атлантический совет пригласил их, как это было несколько раз ранее, обсудить происходящее в России. “Нас никогда ни в каком качестве не посылало российское правительство”, - говорит он.

Брюссель также утверждал, что Фридман и Авен были связаны со старшей дочерью Путина Марией, которая, по данным ЕС, руководила благотворительным проектом, созданным Альфа-банком под названием «Альфа-Эндо», программой здравоохранения для российских детей. «Она никогда не работала с нами в каком либо качестве», — говорит Фридман. «Я никогда не видел ее в своей жизни. Я не знаю, кто она».

Фридман говорит, что он пытался держаться подальше от политики, что трудно для миллиардера, курирующего одного из крупнейших налогоплательщиков России. На практике ему приходилось балансировать. Он дружил с Борисом Немцовым, лидером оппозиции, который был убит в 2015 году. В следующем году он принял участие в российском документальном фильме о Немцове вместе с другими лидерами оппозиции — необычный шаг для российского олигарха — и выразил сожаление, что он проводил меньше времени с Немцовым в годы перед его смертью из-за опасений, что это будет токсично для его бизнеса. Другие шаги соответствовали желанию не злить Кремль. В 2012 году он попросил Владимира Ашуркова, тогдашнего топ-менеджера «Альфа-Групп», уйти в отставку, потому что он работал с лидером оппозиции Алексеем Навальным.

«Фридман сказал, что им приходится ежедневно иметь дело с властями, и они не хотят участвовать в политике», — говорит Ашурков, ныне исполнительный директор основанного Навальным Фонда борьбы с коррупцией (в июне 2021 года ФБК был признан в России экстремистской организацией и ликвидирован по решению суда – прим. ВиД). «Я понимаю его точку зрения. Если вы управляете крупным бизнесом в России, даже если вы не согласны с тем, что делает правительство, вам все равно нужно быть в хороших отношениях с ними, чтобы избежать рейдерства или какого-то другого наказания». Кстати, Фридмана и Авена не было в широко разрекламированном в 2021 году Навальным списке из 35 олигархов, которые, по его утверждению, должны быть подвергнуты санкциям из-за нарушений прав человека и коррупции.

Другие по-прежнему считают Фридмана огромным бенефициаром путинской системы,  заслуживающем санкций. Илья Заславский, который работал в ТНК-ВР до 2010 года и сейчас работает в Центре международного частного предпринимательства в Вашингтоне, призвал наложить санкции на Фридмана и Авена в рамках составленного им в 2021 году списка из восьми миллиардеров под названием «Кремлигархс», призывая к их «близости к Путину». В его докладе указывается на то, что «Альфа-групп» работает с фигурами, тесно связанными с Кремлем, включая Александра Винокурова, зятя министра иностранных дел Сергея Лаврова, который руководил A1, инвестиционным подразделением «Альфы», с 2014 по 2017 год. И ЕС, и Великобритания ввели санкции против Винокурова. Фридман и его партнеры участвовали в многочисленных судебных процессах против журналистов, пытаясь опровергнуть обвинения в том, что они были близки к Кремлю.

ЕС в своем санкционном списке меньше говорил о Фридмане, чем об Авене. Авен охарактеризован, на основании доклада спецпрокурора США Мюллера о вмешательстве России в выборы в США в 2016 году,  как один из примерно 50 состоятельных российских бизнесменов, которые регулярно встречаются с Путиным в Кремле. Авен сказал следователям Мюллера, что «любые предложения или критика, которые Путин делал во время этих встреч, были неявными директивами». ЕС заявил, что Авен «не действует независимо от требований президента».

Фридман отвергает значение встреч Авена с Путиным. «Расстояние во власти между Путиным и кем-либо еще похоже на расстояние между Землей и Луной», — говорит он. «Мистер Авен просто подошел к этому так: «Большое спасибо за то, что нашли время». Сказать что-либо Путину против войны, для кого бы то ни было, было бы своего рода самоубийством».

Фридман и Авен ушли из советов директоров и с руководящих должностей во всех своих компаниях, в том числе в Альфа Банке и LetterOne. Их партнеры -  Герман Хан, Алексей Кузьмичев и Андрей Косогов – также уволились из  LetterOne, но  в то же время правление компании объявило, что пожертвует 150 миллионов долларов на поддержку усилий по оказанию помощи нуждающимся в Украине.

Фридман говорит, что у него есть два месяца, чтобы оспорить санкции ЕС. Фридман имеет израильский паспорт, но, когда я спрашиваю, может ли он переехать в Израиль, он отмахивается: он не владеет там домом и не имеет доступа к деньгам, чтобы купить его. «Я здесь заключенный», — говорит он.

По мере того, как мы говорим, Фридман не раз возвращался к тому, что он считает нелогичностью санкций. В то время как ЕС ударил по нему лично общими санкциями, США и ЕС ограничили только способность Альфа-банка привлекать долговое или акционерное финансирование на срок более 14 дней. Действительно ли он предлагает, чтобы эти союзники ввели более жесткие санкции в отношении Альфа-банка? «Я не думаю, что это было бы эффективно, и я не был бы счастлив, но, по крайней мере, я бы понял, почему они это сделали», — говорит он. «Я не понимаю логики наказания меня. Общее восприятие простых жителей Запада таково: «О, эти жадные олигархи могли бы подойти к Путину и сказать ему, чтобы он остановился». Почему они так думают?»

…Через несколько дней после нашей встречи Великобритания ввела санкции против Фридмана, и на этот раз он звонит мне без какой-либо очевидной причины, кроме как сказать, что ситуация ухудшается. Судя по голосу, он в растерянности. «Я не знаю, как жить», — говорит он мне. «Не знаю. Я действительно не знаю».

Перевод - Юрий Алаев.

На снимке: Михаил Фридман приветствует Владимира Путина на российско-британском энергетическом саммите в Лондоне в 2003 году. Между ними – премьер-министр Великобритании Тони Блэр.

Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии