Потонет ли Остров Свободы?
Все носятся, как с писаной торбой, с Гренландией: ах, США её захватят, ох, что же будет с НАТО и нельзя ли как-то проявить «европейскую солидарность», а ведь это не более, чем дымовая завеса Трампа, - есть все признаки, что ближайшей целью Вашингтона станет совсем другой остров, Куба. О становлении антиамериканского «Острова Свободы», как Кубу называли в СССР? и её перспективах вследствие перекрытия крана от главного поставщика нефти, Венесуэлы, рассуждает колумнист The New York Times Джефф Соммер (Jeff Sommer).
Советский Союз десятилетиями был покровителем Кубы. Затем эту роль взяла на себя Венесуэла, а Мексика поставляла так называемую «гуманитарную помощь». Но мир стремительно меняется, - cвержение Николаса Мадуро с поста президента Венесуэлы администрацией Трампа вручило Соединённым Штатам новый рычаг давления на давнего противника.
Куба зависит от импорта большей части потребляемой нефти. С апреля 1960 года ей удавалось получать это жизненно важное сырьё в обмен на другие ресурсы — во многом благодаря своему статусу социалистического маяка и постоянного раздражителя для США. Однако администрация Трампа заблокировала поставки венесуэльской нефти на Кубу и оказала давление на двух других её основных поставщиков — Мексику и Россию, — добиваясь сокращения отгрузок.
По большинству оценок, у Кубы осталось менее двух месяцев запасов импортной нефти. Отключения электроэнергии уже приобрели массовый характер, экономика страны сокращается, а на улицах вспыхивают протесты — несмотря на репрессии со стороны прославленного кубинского силового аппарата.
Ближайшее будущее выглядит ещё мрачнее. Но прежде чем делать вывод, что Куба обречена, стоит вспомнить: она уже не раз оказывалась в крайне тяжёлом положении.
Я был там в один из таких периодов. Это был 1989 год, за несколько месяцев до падения Берлинской стены. Я прилетел в Гавану в качестве корреспондента Newsday, чтобы освещать визит Михаила Горбачёва, который, как выяснилось, стал последним лидером Советского Союза. Он приехал на Кубу, чтобы объяснить Фиделю Кастро — собственному «максимо лидеру» Кубы, — что советская поддержка вскоре закончится. В то время СССР был главным покровителем и поставщиком нефти для Кубы — так же, как Венесуэла оставалась таковой вплоть до захвата власти у господина Мадуро в этом месяце.
В сентябре 1991 года я находился в Москве, когда Горбачёв объявил, что Советский Союз в ближайшее время выведет 11 тысяч военнослужащих с Кубы. Несколько месяцев спустя сам Советский Союз прекратил существование. Без советской помощи кубинская экономика выглядела готовой развалиться.
То, что произошло затем, было малопривлекательным. В последующие месяцы — а затем и десятилетия — многие кубинцы страдали, сотни тысяч людей покинули страну, однако кубинскому правительству удалось выжить.
Об этом стоит помнить, оценивая нынешнее положение Кубы. Страна, без сомнения, находится в тяжелейшем кризисе. Но, перефразируя Марка Твена, возможно, сообщения о её гибели вновь сильно преувеличены.
Десятилетия изоляции
Теперь, когда я стал колумнистом в области финансов, оценка геополитики Кубы не входит в мои повседневные задачи. Скажем прямо: Куба почти не имеет значения для мировой экономики и финансовых рынков. И тем удивительнее, что нефтяной кризис вновь вернул этот остров в поле моего внимания.
Гаванская фондовая биржа размещалась в живописном здании, которое и сегодня можно увидеть в центре этого красивого, но ветшающего города. Однако торговля на бирже пришла в упадок более 60 лет назад, а затем полностью прекратилась после того, как правительство национализировало ключевые отрасли, включая предприятия, принадлежавшие американским инвесторам.
Сегодня Куба не фигурирует в стандартных обзорах для глобальных инвесторов — даже в тех, что посвящены развивающимся рынкам. Она не входит ни в один крупный индекс, отслеживающий мировые рынки акций и облигаций. Хотя компании, контролируемые кубинскими военными, строят отели и другую туристическую инфраструктуру, вложить средства в Кубу через пенсионный счёт на рабочем месте в США практически невозможно.
Вопрос о том, как сложилась коммерческая изоляция Кубы, имеет запутанную историческую природу. Соединённые Штаты сыграли ключевую роль в обеспечении финансового одиночества Кубы после революции 1959 года. Администрация Эйзенхауэра ввела первые торговые и финансовые ограничения, которые президент Джон Кеннеди резко ужесточил во время Карибского кризиса 1962 года. Эти ограничения то ослабевали, то усиливались — при администрации Обамы они были значительно смягчены.
Однако США сохраняли их в той или иной форме, гарантируя, что Куба оставалась почти незаметным игроком на мировых рынках. Был ли исход кубинской революции в сторону коммунизма предопределён — ещё один вопрос, над которым историки будут спорить десятилетиями.
Были ли Фидель Кастро, его брат и преемник Рауль, а также их соратник Че Гевара марксистами-ленинцами с самого начала? Многие американские журналисты в это не верили.
В апреле 1959 года Кастро приехал в Нью-Йорк и покорил город. В эфире программы NBC Meet the Press он заявил, что, если выбирать между коммунизмом и «демократией», он безоговорочно выбирает демократию. Американцы, по его словам, — «очень милые люди». И тем же редакторам американских газет в ходе визита 1959 года он говорил: «Я очень ясно сказал — мы не коммунисты».
Однако уже к началу 1960-х годов кубинские лидеры стали близкими союзниками Советского Союза, а вскоре — безусловно, ортодоксальными коммунистами.
Более того, рассекреченные документы теперь подтверждают, что после визита Горбачёва в 1989 году и на фоне распада советского государства Кастро критиковал Горбачёва за, как он считал, катастрофический отход от ортодоксии.
Горбачёв, напомню, продвигал «перестройку» — реформы, включавшие радикальное сокращение централизованного планирования экономики. Горбачёв потерпел неудачу. А к началу 1990-х Кастро уже видел себя представителем старой гвардии, борцом за сохранение марксистско-ленинской чистоты.
Оказавшись в тисках Соединённых Штатов и на протяжении долгих периодов будучи яростно антикапиталистической, Куба нуждалась в помощи из нетрадиционных источников.
В левой политике и в своём геополитическом значении как социалистического форпоста всего в 90 милях от побережья США Куба всегда играла роль, несоразмерную её реальному весу.
Кубинские врачи и медсёстры, солдаты, разведчики и специалисты по безопасности находили временное пристанище во многих странах. С 1960-х годов Куба была союзником не только государств бывшего советского блока, но и левых движений и правительств в самых разных странах — включая Никарагуа, Боливию, Чили, Анголу, Алжир, Китай и, разумеется, Венесуэлу.
Когда-то Куба обменивала свой сахар — по «дружеским» ценам — на нефть и технологии со странами старого советского блока. Хотя коммунизм в большинстве этих стран ушёл в прошлое, Россия — главное государство-наследник Советского Союза — при Владимире Путине вновь демонстрирует глобальные амбиции и сохраняет тесные отношения с Кубой. А в Венесуэле кубинские разведывательные и военные службы помогали удерживать Мадуро у власти, предупредив его о попытке переворота в 2019 году и содействовав её провалу.
Нефтяная дипломатия
Всё это помогало Кубе получать доступ к важнейшим ресурсам — прежде всего к нефти. «В той или иной форме Куба всегда получала нефть через бартер», — говорит Хорхе Пиньон, бывший мексиканский нефтяной топ-менеджер и эксперт по энергетике Кубы, работающий в Техасском университете в Остине.
До последних шести месяцев Венесуэла была главным источником нефти для Кубы, а Россия, Мексика и другие страны обеспечивали дополнительные поставки.
Роль Мексики стала особенно значимой в прошлом году, когда добыча и экспорт венесуэльской нефти сократились из-за санкций и стареющей инфраструктуры, а санкции, введённые в связи с войной на Украине, уменьшили поставки российской нефти.
Поскольку перевозчики санкционной нефти используют методы уклонения от отслеживания — суда «теневого флота» не всегда попадают в официальную статистику, — полных и надёжных данных о нефтяных поставках в регионе не существует.
Некоторые сообщения утверждали, что в определённый момент в прошлом году Мексика стала крупнейшим поставщиком нефти на Кубу. Однако я не уверен в достоверности большей части доступных данных.
Одно, однако, представляется очевидным: по словам Пиньона, в последние три месяца прошлого года объёмы поставок мексиканской нефти на Кубу резко сократились. Это произошло вскоре после визита госсекретаря Марко Рубио в Мехико в начале сентября.
Столкнувшись с перспективой высоких тарифов и угрозой прямого вмешательства США против наркокартелей на территории Мексики, президент Мексики Клаудия Шейнбаум оказалась под жёстким давлением со стороны администрации Трампа. Она пошла на ряд уступок Вашингтону, одновременно подчёркивая приверженность сохранению мексиканского суверенитета и независимости.
Мексика называет свою нефтяную торговлю с Кубой «гуманитарной помощью», ссылаясь на давнюю дружбу между странами; поставки осуществляются через дочернюю структуру Gasolinas Bienestar государственной нефтяной компании Pemex, обременённой долгами.
По словам Пиньона, танкер Ocean Mariner под флагом Либерии в начале этого месяца разгрузил в Гаване 85 тысяч баррелей нефти, а на пресс-конференции в среду президент Шейнбаум заявила, что последуют и новые поставки. Она также предложила выступить посредником в будущих переговорах между Кубой и Соединёнными Штатами.
При нынешних низких объёмах одних лишь мексиканских поставок недостаточно для поддержания кубинской экономики. Какое пространство для договорённостей может существовать между Президентом Дональдом Трампом и Мигелем Диас-Канелем — президентом Кубы и первым секретарём Коммунистической партии, — остаётся лишь гадать.
Развязка этой истории пока не просматривается. Но мы вступили в новый исторический этап затяжного сюжета о нефти, рынках и политике силы — сюжета, сосредоточенного на этом полушарии.
Перевод ТК Briefly.
На снимке: на улицах Гаваны.
