Традиционно молодежь тянулась в крупные города ради карьеры и поиска новых знакомств. Однако зумеры развернули этот тренд, причём и в России: они считают, что минусы мегаполисов перебивают плюсы жизни в провинции. Корр. РБК Образование Евгения Мацынина разбиралась, что они имеют в виду.
Молодежь предпочитает вернуться домой вместо гонки за успехом
Согласно статистике, доля 20–30-летних, проживающих вместе с родителями в небольших городах, в 2026 году в Великобритании выросла до 35%. Первыми эту тенденцию заметили исследователи в Великобритании. Они решили опросить зумеров 20–27 лет, почему те отказываются жить в мегаполисах вроде Лондона и Манчестера.
Если обобщить все ответы, получится примерно: «Зачем тратить безумные деньги на жизнь и жилье в городе, от которого я ментально устаю?» Выяснилось, что британские зумеры недовольны «поверхностными связями» и нуждаются в близком общении. Среди опрошенных были и те, кто жаловался на выгорание от необходимости проводить большую часть дня в дороге.
Кроме этого, многие отмечают, что жизнь в провинции в целом стала более комфортной: инфраструктура развивается, открываются новые торговые центры, появляется разнообразие кафе и ресторанов, парки облагораживаются.
Также исследователи опросили и родителей зумеров. Оказывается, что большинство из них поддерживают детей и даже пристраивают к своим домам дополнительные модули, куда наследники смогут переехать после окончания колледжа или университета. «Такая поддержка очень важна, поскольку родители транслируют детям: вернуться домой — это не стыдно», — объясняют исследователи. Родительское одобрение снижает социальное давление «успешной независимости».
Шум мегаполиса бьет по психике
Не секрет, что зумеров называют самым терапевтированным поколением. Они быстрее распознают симптомы тревоги, истощения и выгорания. Как предположили исследователи из Университета Торонто, именно этот факт способствует переезду поколения Z в провинцию, якобы молодежь осознает, какой вред психике наносит сенсорная перегрузка мегаполисов.
Команда психологов проанализировала данные 950 студентов 18–25 лет. Измеряли уровень кортизола (гормона стресса) в крови до и после пребывания в центре Торонто против пригородов. Также использовали опросники о социальной связности и удовлетворенности жизнью.
Кроме этого, участники носили фитнес-браслеты, фиксирующие уровень шума поблизости, настроение, сон и активность. Еще испытуемые ежедневно заполняли дневники настроения, где писали, в какие дни у них были глубокие доверительные разговоры, а в какие только смол-токи (чтобы понять, насколько это влияет на психику).
Результаты показали, что в мегаполисе кортизол у зумеров растет в среднем на 27%, а сон сокращается на 1,2 часа. В малых городах показатели нормализовались, социальные связи углублялись в три раза.
Авторы объясняют: постоянный шум (70–85 дБ в центре против 45–55 дБ в пригородах) создает хроническую активацию симпатической нервной системы. Зумеры со своей высокой чувствительностью осознают это негативное влияние быстрее, чем старшее поколение.
Сила природы: зумеры меняют небоскребы на леса
Как заметили психологи из Университета Фрайбурга в Германии, немецкие зумеры, которые родились в Берлине или другом большом городе, сейчас охотно переезжают в деревни поближе к природе. Они предполагают, что все дело в той же сенсорной перегрузке.
Чтобы подтвердить эту теорию, они опросили 1100 зумеров 2000–2008 годов рождения. В итоге выяснилось, что регулярное пребывание на природе снижает хронический стресс зумеров (от жизни в мегаполисе, соцсетей и потока новостей) сильнее, чем городские парки.
Городских зумеров уже не удивишь небоскребами и модными кофейнями. «Пить латте можно и в деревне, где воздух чище и леса красивее», — объясняют эксперты.
Далее исследователи решили проверить, как все-таки природная среда влияет на мозг и гормоны зумеров. Для этого испытуемых разделили на две группы: одним предлагали по 60 минут в течение 14 дней гулять по центру Берлина, вторые должны были проводить это время в лесу. У каждого участника брали анализ на кортизол и проводили электроэнцефалографию (ЭЭГ) до и после таких прогулок.
Выяснилось, что после 60 минут в центре города тревожность зумеров в среднем росла на 24%, а кортизол повышался на 22%.
В лесу эффект обратный: тревожность падала на 37%, кортизол снижался на 29%.
Зумеры описывали свои ощущения так: лесные прогулки помогают перезагрузиться от информационного шума, а город провоцирует ощущение тумана в голове.
А что в России?
Несмотря на то что в России этот тренд пока еще только зарождается, ученые уже проводят исследования. Так, команда экономистов и социологов Института экономики роста им. Столыпина в Москве проанализировала данные Росстата о внутрироссийской миграции за 2020–2025 годы. Выборка включала 3500 молодых людей из Москвы, Санкт-Петербурга, Екатеринбурга, которые вернулись в родные города с населением до 500 тыс. человек.
Исследователи выдвинули гипотезу, что лишь малая часть зумеров, которая работает удаленно, переезжает в родной город ради экономии. Все-таки дело в том, что у молодежи сейчас другое отношение к самому термину «провинциальность». Новое поколение видит малые города как «платформу для трансформации», то есть считают, что могут позитивно повлиять на развитие своего родного места.
Чтобы подтвердить эту теорию, исследователи провели с зумерами структурированные интервью (45 минут на человека) о мотивах их возвращения. Дополнительно изучили кейсы 25 малых городов, где молодежь до 35 лет запускала локальные проекты: кофейни, коворкинги, различные фестивали. Также отслеживали динамику занятости и бизнес-регистраций за три года.
73% опрошенных заявили, что «воспринимают родной маленький город как чистый лист для экспериментов». «В отличие от миллениалов, которые уезжали из провинции ради статуса, зумеры гордятся своим происхождением. Конкретные действия: 41% вернувшихся открыли бизнес (кафе — 28%, IT-студии — 19%, креативные пространства — 15%)», — пишут авторы исследования.
В сумме эти исследования показывают: для многих зумеров возвращение в родной город — это не про лень и отсутствие амбиций. Поколение, выросшее в эпоху постоянного шума и тревожных новостей, сейчас пытаются строить карьеру там, где нервная система не живет в «режиме постоянного ЧС».



