Бремя Пьеро

Думаю, что Алла Борисовна, дай ей Бог здоровья, будет петь еще долго. Просто на дворе кризис, билеты на ее выступления стоят дорого, народ, как предполагается, будет их плохо раскупать. Так что в ход идет простая пиар-технология: надо подогреть интерес к событию. Объявить тур прощальным - это сделано безошибочно. Но тур рассчитан на год, когда пройдет двенадцать месяцев, все благополучно забудут, что он прощальный, или просто Примадонна передумает, она ведь хозяйка своему слову - захочет, назад возьмет. По большому счету все это - суета сует в канун шестидесятилетия певицы.

А завтра, как это всегда бывает 19 марта, спокойно и достойно в концертном зале “Октябрьский” Санкт-Петербурга отпразднует свой юбилей Валерий Леонтьев. Все его четыре десятка лет работы на эстраде обходятся без пиара, слухов и сплетен и нервозной ажитации. Он просто работает, имея мужество отстаивать свои убеждения на сцене.

Он родился на севере, в краю ссыльных и комендатур, где отец служил зоотехником - лечил оленей. Маленькие олешки - его первые друзья детства. Малышом однажды, пойдя на речку со старшими ребятами, начал тонуть, ушел под воду с головой. Но, как сам вспоминает, увидел пронзительно яркий луч солнца, прорезавший толщу воды, и нашел в себе силы - вынырнул. Поступок знаковый - он потом многажды “выныривал”, собрав в легких последние крохи воздуха, - когда закрывали и “не пущали”, вырезали из телепрограмм и запрещали петь выбранный репертуар.

С одной стороны, путь у Леонтьева был вроде бы гладкий - главные призы в Болгарии на конкурсе “Золотой Орфей” и в Сопоте, до этого победа в Ялте на Всероссийском конкурсе. С другой - его розы всегда были с шипами, и шипами очень острыми. Он практически всегда пробивался сам, тех, кто ему помогал, можно пересчитать по пальцам, Мне на ум приходят только двое - композитор Давид Тухманов, с его песней “Танцевальный час на солнце” певец победил в Болгарии, а затем с “Ненаглядной стороной” попал на телевидение, да прекрасный тенор Георгий Виноградов, педагог Леонтьева по вокалу.

Леонтьев пришел на эстраду в период махрового застоя, когда с экранов телевизоров улыбались певцы-близнецы: одинаково причесанные и одетые, с одинаковым ура-патриотическим репертуаром. В нем сразу поразило какое-то тревожное неблагополучие, какой-то “яд творческих противоречий”, на котором и базируется настоящее искусство. Условно говоря, из двух масок комедии дель арте - веселого Арлекина и грустного Пьеро - он сознательно выбрал вторую. Пьеро - нонконформист, Пьеро - это тот, “кто получает пощечины”. Но это и тот, кто, сидя в уголке и негромко играя на дудочке, всегда опять-таки негромким голосом скажет то, что он действительно думает.

“Муза”, “Даже если ты уйдешь”, “Полюбите пианиста”, “Затменье сердца”, “Anno domini”, “Бал” - вот его песни тех лет. И - партия Джордано Бруно в одноименной рок-опере, можно ли найти нонконформиста большего, чем этот герой?

В период вседозволенности на нашей эстраде он так же щепетилен и деликатен, избегает публичных откровений. Бремя Пьеро - говорить правду негромким голосом и быть самим собой - он несет с достоинством. “Ах, мой милый Августин, все пройдет, все”, - поет он в одной из песен. Ничего не проходит. Зимняя тундра, по которой они кочевали за оленями, перезвон колоколов и тоска крошечного русского городишки, где прошла юность, ожидания у телеэкрана и выдох “опять вырезали”, тысячи концертных залов по всему свету, где он работает с полной отдачей, сжигая себя, и отогревая наши сердца, - это пройти не может. С днем рождения, Валерий Яковлевич!