25.06.2022 Экономика

Западные санкции работают против россиян, но бессильны против Путина

Война в Украине продолжается уже четыре месяца, и, несмотря на беспрецедентно жесткие санкции, предпосылок для ее скорого завершения не прослеживается. В западных странах появляется все больше сомнений в том, что санкции работают, — ведь пока они никак не мешают Москве зарабатывать рекордную валютную выручку от продажи энергоресурсов, зато грозят самому Западу, прежде всего Европе, неприятными политическими и экономическими последствиями. Что можно сказать об эффективности западных санкций спустя четыре месяца после их введения? Попытка обобщённого ответа – в обзоре The Bell.

Сверхдоходы вопреки эмбарго

Главный аргумент критиков санкций на Западе сейчас — вопрос об эффективности ограничений на экспорт российских энергоносителей, принимавшихся с невероятным трудом и грозящих серьезными проблемами самим западным странам. Пока эти болезненные меры далеки от того, чтобы достичь цели.

«Положение России с точки зрения доходов на нынешнем этапе войны — лучше, чем в ее начале», — цитирует FT Рона Джонсона, сенатора-республиканца от штата Висконсин. И с ним трудно поспорить. Доходы России от нефтегазового экспорта только растут и по итогам 2022 года, по подсчетам Bloomberg, достигнут рекордных в истории $285 млрд. По российским официальным данным, нефтегазовые доходы федерального бюджета за январь—май года выросли на 45% в годовом выражении — с 3,129 трлн рублей до 5,658 трлн. Глава «Газпрома» Алексей Миллер на ПМЭФ заявил, что «не в обиде на Европу» — импорт российского природного газа ЕС сократился «на несколько десятков процентов», зато цены выросли «в несколько раз».

Зарабатывать рекордные нефтегазовые доходы в текущие месяцы Кремлю помогает уникальное стечение обстоятельств. Один из факторов, лежащих в его основании, со временем точно исчезнет, но остальные — далеко не факт.

Первый фактор — хронология европейского нефтяного эмбарго, главной санкционной меры, призванной ограничить российские валютные доходы. Эмбарго, перекрывающее импорт в Европу 90% российской нефти, уже утверждено, но вступает в силу только с начала 2023 года. В результате рынок уже заложил будущее снижение предложения в цены, но Европа все еще продолжает покупать российскую нефть — а об эмбарго на покупку российского газа на практике не идет даже речи.

В результате сейчас добыча нефти в России восстанавливается после падения в марте-апреле — вице-премьер Александр Новак на ПМЭФ сказал, что по итогам июня она достигнет довоенного уровня 10,2 млн баррелей в сутки (б/с), а в июле продолжит расти. Только за первые 100 дней войны (с 24 февраля по 3 июня) Россия получила €93 млрд дохода от экспорта энергоносителей — и ЕС импортировал 61% этого объема на сумму около €57 млрд. Из этих €93 млрд €59 млрд пришлось на нефть и нефтепродукты, €24 млрд — на трубопроводный газ, €5,1 млрд на СПГ и €4,8 млрд на уголь.

К началу 2023 года «растянутый эффект» европейского нефтяного эмбарго должен сойти на нет. Сейчас Международное энергетическое агентство прогнозирует, что к этому моменту российская добыча упадет на 3 млн б/с (сразу после начала войны МЭА ждало такого результата уже к апрелю). Но другие факторы, позволяющие России сохранять нефтяные сверхдоходы, могут оказаться более устойчивыми.

Разворот на восток

Ранней весной, на пике неопределенности, казалось, что очевидный и безальтернативный для России путь — перенаправление энергетического экспорта в Азию — может и не сработать. Но сейчас можно констатировать: крупнейшие азиатские потребители, Китай и Индия, при условии скидок в 25–30% оказались готовы закупать значительно больше российской нефти.

По данным отраслевого норвежского консалтинга Rystad Energy, продажи российской сырой нефти в Европу упали на 554 000 б/с. Но азиатские покупатели за это же время увеличили объем закупок на 503 000 б/с (со средних 1,14 млн б/с в январе-феврале до 1,517 млн б/с в марте—мае), почти полностью компенсировав европейские потери. Индийские НПЗ даже не стали уходить на ежегодные плановые ремонты, чтобы переработать побольше дешевой российской нефти. А после переработки отличить баррель с российской Urals от других, когда они снова поступят на международный рынок, станет практически невозможно, замечают в Rystad Energy.

С начала войны, исходя из среднего показателя с марта по май 2022 года, индийский импорт нефти Urals вырос на 658% по сравнению с уровнем 2021 года. Для Китая рост составил 205%, а для Азии в целом — 347%, следует из оценок Rystad Energy. «Азия спасла российскую добычу нефти», — цитирует NYT аналитика Kpler Виктора Катона.

Скидки на сырую нефть российского происхождения будут оставаться высокими, чтобы обеспечить азиатским покупателям значительную маржу переработки и компенсировать повышенные из-за санкций расходы на страхование и фрахт, говорит вице-президент по переработке Rystad Energy Вэй Чонг Хо. Но даже с учетом дисконта цена на российскую Urals значительно выросла. Средняя цена на нефть марки Urals, по данным Минфина, в январе—мае 2022 года сложилась в размере $83,48 за баррель (для сравнения: в январе—мае 2021 года — $61,62 за баррель). Средняя цена Brent за январь—май составила около $104 за баррель, по итогам 2022 года МЭА ждет средней цены $107,4.

Российские власти с апреля засекретили статистику по внешней торговле. Но из оценок директора по инвестициям «Локо-Инвест» Дмитрия Полевого на основе данных ключевых партнеров России российский экспорт в деньгах за январь—май вырос на 40% в годовом выражении. Сильнее всего выросли поставки в Турцию, Китай, Индию и Бразилию, добавляет Полевой.

Ограничения на экспорт энергоресурсов в Европу все равно приведут к снижению суммарных физических объемов добычи и экспорта даже с учетом переориентации части сбыта в Азию, полагает директор группы суверенных и региональных рейтингов, главный экономист АКРА Дмитрий Куликов. Но и спрос на российскую нефть, и цены будут зависеть прежде всего не от санкций, а от того, в каком состоянии будет находиться мировая экономика: если в крупнейших странах наступит рецессия, то и цены на нефть могут значительно упасть. Это может подорвать успехи российского экспорта.

Новая мера, которую сейчас обсуждают страны G7 по инициативе США, — установление на международном уровне предельных цен на российскую нефть для оставшихся покупателей. Это может помочь инициаторам санкций выбраться из заколдованного круга, в котором снижение физического объема российского экспорта вызывает рост мировых цен, вследствие которого российские.экспортные доходы не падают, а все остальные страны страдают от роста цен на топливо. Но договориться будет не проще, чем об эмбарго на экспорт российской нефти в Европу.

Ущерб для Европы

Любимый антисанкционный аргумент российских властей и лично Владимира Путина состоит в том, что санкции бьют по самим западным странам. «Санкционное оружие наносит сопоставимый, а то и больший даже урон самим же его идеологам и конструкторам», — говорил на ПМЭФ Владимир Путин и называл цифру потерь Евросоюза из-за санкций — $400 млрд в год.

Насчет сопоставимости ущерба Путин, скорее всего, преувеличил: даже упомянутые им $400 млрд — это всего 2,6% ВВП Евросоюза, а российская экономика в 2022 году, по официальным оценкам, упадет на 8–10% (не говоря уже о $300 млрд замороженных резервов ЦБ). Тем не менее санкции все же наносят западным странам, и прежде всего Европе, значительный ущерб.

Война в Украине усугубила и без того нараставшее ускорение инфляции на Западе после щедрых пандемических вливаний денежной помощи экономике. Годовая инфляция в еврозоне в мае ускорилась до 8,1% (хуже всего ситуация в Прибалтике: в Эстонии цены выросли на 20,1%, Литве — на 18,5%, Латвии — на 16,8%). И наибольший вклад в ускорение годового уровня инфляции в еврозоне в мае внесли именно дорожающие из-за конфронтации с Россией энергоносители (+3,9 п.п.).

Великобритания переживает максимальные за 40 лет показатели инфляции — 9,1% в мае. Правительство хочет даже изменить методологию расчета индекса цен, что угрожает потерями пенсионных доходов британцев. В Лондоне тысячи людей выходили на акцию протеста против роста цен. Годовая инфляция в США в том же месяце достигла уже 8,6% (это рекорд с декабря 1981 года), ее разгонял рост цен на жилье, бензин и продукты питания.

В апреле дефицит внешней торговли (превышение расходов на импорт над доходами от экспорта) ЕС достиг рекордных за все время существования валютного союза €32,4 млрд, что также отражает последствия санкций и войны. Дефицит торговли с Китаем за январь—апрель вырос с €66 млрд в 2021 году до €122 млрд в 2022 году, с Россией — с €14,7 млрд до €62,6 млрд, с Норвегией — с €0,5 млрд до €23,9 млрд.

Технологическая угроза

Намного менее спорный вопрос — эффективность импортных санкций. Запрет на ввоз в Россию западных технологий, сырья, материалов и комплектующих и добровольный исход западных компаний с российского рынка привели к драматичному провалу импорта. В низшей точке он падал почти на 50% в годовом выражении, немного стабилизировавшись вблизи 43–45% в мае, следует из оценок Дмитрия Полевого. Импорт из Германии в марте 2022 года упал на 58,7% в годовом выражении, а из Франции и США — на 60,4 и 78,8% соответственно.

На страны, признанные российским правительством «недружественными», в 2021 году приходилось около 45% товарооборота, напоминает в своем последнем отчете о санкциях рейтинговое агентство АКРА. 49,2% от совокупного объема импорта в 2021 году приходилось на машины, оборудование и транспортные средства (в мае продажи новых автомобилей в России рухнули на 83,5%). По оценкам АКРА, по итогам 2020 года спад совокупного импорта может составить от 20 до 30% в стоимостном выражении. России необходимо срочно искать новых поставщиков комплектующих, услуг и лицензируемого программного обеспечения, выстраивать логистические цепочки заново, а также быстро понять, как проводить платежи без угрозы вторичных санкций для партнеров, говорится в отчете АКРА.

Пока что признаков существенного восстановления импорта нет — об этом лучше всего говорит динамика курса рубля, стремящегося к 50 за доллар. В отсутствие экономических причин для укрепления российская валюта держится на высоте, которая, с одной стороны, смогла затормозить рост цен в стране (по состоянию на 10 июня годовая инфляция замедлилась до 16,7% после 17,1% в мае), но уже привела к трем неделям дефляции. В перспективе курс рубля будет так же сильно зависеть от жесткости внешних барьеров для торговли и внутренних ограничений на потоки капитала, ожидает директор группы суверенных рейтингов и макроэкономического анализа АКРА Дмитрий Куликов.

Ограничения на импорт технологий снизят производительность труда в России: некоторые виды деятельности могут стать просто невозможными (например, производство микропроцессоров. — The Bell), а заметная часть инвестиций будет направлена не на повышение эффективности, а на изменение применяемых технологий на аналоги, которые не подвержены санкциям, говорит Куликов. Технологическая изоляция России приведет к тому, что импортозамещение будет проходить на основе устаревших технологий, то есть произойдет обратная индустриализация, предупреждали аналитики ЦБ. Это значит, что произведенные в результате товары будут хуже и дороже импортных аналогов.

Все это снизит потенциальные темпы экономического роста c прежних 1,5–2% в год до 0–1% на среднесрочном горизонте, следует из оценок АКРА. При этом ограничение импорта может носить долгосрочный и ярко выраженный характер, заключает Куликов на основе сравнения санкционных режимов Ирана, Венесуэлы и ЮАР. Технологическая изоляция в целом и обратная индустриализация в частности приведут к падению уровня жизни россиян: техника, автомобили, стройматериалы, молоко в упаковке тетрапак окажутся либо в дефиците, либо станут недоступными для большинства россиян из-за высокой цены.

Что думают об эффективности санкций в США

Дискуссии о действенности санкций как инструмента международной политики в США ведутся не одно десятилетие. Общепринятое мнение об эффективности этого инструмента не так высоко, как может показаться. Исследование экономистов Дрексельского университета, проанализировавших 1100 санкционных пакетов разных администраций США с 1949 по 2019 годы, показало, что санкции достигают результата — изменения политики целевой страны — лишь в 35% случаях. Есть и более скептические оценки — например, профессор Дартмута Роберт Пейп в 1997 году доказывал, что это происходит лишь в 5% случаев.

Политолог Дэниел Дрезнер в 1999 году сформулировал парадокс: умеренные санкции против дружественных стран работают намного лучше, чем жесткие санкции против идейных противников. В пример первых обычно приводятся успешные угрозы США Великобритании и Франции во время Суэцкого кризиса в 1950-е, а вторых — санкции против Ирана, КНДР или Венесуэлы, которые, несмотря на мощный экономический ущерб, за несколько десятилетий не смогли принципиально изменить политику руководства этих стран.

Споры о том, удастся ли с помощью санкций повлиять на действия Москвы, тоже начались задолго до начала войны. 24 февраля Bloomberg рассказывал, как с ноября 2021 года американские чиновники «потратили сотни часов» на обсуждение и подготовку пакетов санкций на случай вторжения России в Украину — и с самого начала были уверены, что эти меры не помогут остановить войну. Больше десятка бывших и действующих чиновников Белого дома, работавших над санкциями, в тот день сказали изданию, что они «глубоко сомневаются в том, что санкции изменят поведение Путина». Но после того, как президент Джо Байден ясно дал понять, что не будет посылать в Украину войска или тяжелое вооружение, другого выбора просто не было, объяснили они.

Сами авторы санкционных мер трезво оценивают пределы их возможностей и в официальных интервью. «Если мы имеем дело с таким автократом, как Путин, — с высоким болевым порогом и уверенным контролем над информационным пространством в его стране, нам надо ясно понимать — санкции никогда не будут решением проблемы сами по себе, — говорил в апрельском интервью главный архитектор нынешних санкций, заместитель помощника Байдена по национальной безопасности Далип Сингх. — Мы понимаем, что даже такой мощный удар, который мы уже нанесли, потребует времени, чтобы изменить стратегические расчеты Путина. Но мы ставим на то, что со временем он поймет, что [продолжение войны] станет стратегическим поражением, которое не будет в его интересах». Кроме того, прекращение войны в Украине — не единственная стратегическая цель санкций: долгосрочный ущерб российской экономике должен не позволить Москве продолжать экспансионистскую политику и дальше, а одновременно — предупредить другие страны о тяжелых последствиях похожих шагов.

По мере того, как война затягивается, Россия не демонстрирует признаков изменения поведения, а последствия санкций становятся все более ощутимыми, споров становится все больше. Далип Сингх в конце апреля неожиданно взял долгосрочный отпуск по семейным обстоятельствам, а на этой неделе вышел на новую корпоративную работу. В начале июня Bloomberg писал о спорах между Белым домом, Госдепом и Минфином о том, стоит ли доводить санкционное давление до реальных вторичных санкций против третьих стран, которые продолжают торговлю с Россией. А в середине июня — о проблемах, которые для американской администрации создал неожиданно массовый исход компаний с российского рынка: министр финансов Джанет Йеллен считает его одним из факторов ускорения инфляции, и теперь чиновники уговаривают компании из отраслей, не попавших под санкции, продолжать работать с российскими партнерами.

Что мне с этого?

Споры и сомнения в действенности санкций, которые существовали задолго до нынешнего кризиса, не помешали США ввести против России беспрецедентные для страны такого размера и значимости санкции, а ЕС — поддержать их. Если война в Украине в обозримом будущем не будет закончена, санкции будут ужесточаться и дальше. Помогут ли они остановить войну — большой вопрос, но в их способности надолго лишить российскую экономику возможности нормального развития сомнений нет.

Как нет сомнений и в  том, что решающее значение для постсанкционной эры России будет иметь исход военной операции. И тут в пятницу случился «локальный перелом», как пишут обозреватели, в пользу ВС РФ.

Прорыв российских войск в Луганской области

Российское Минобороны в пятницу объявило о крупных успехах на главном участке противостояния в Донбассе — в Луганской области. Украинская сторона признает их лишь частично, но и она не спорит с тем, что продвижение ВС РФ угрожает взятием в окружение всей украинской группировки в Лисичанске и Северодонецке.

Крупным планом

В трехмесячных позиционных боях вокруг Северодонецко-Лисичанского выступа наступил локальный перелом: российское Минобороны объявило о разгроме украинских войск в «котле»  к югу от Лисичанска и блокировании самого города. Украинские официальные лица заявили, что украинскую группировку удалось вывести из «котла» до его закрытия — но при этом признали, что начали отвод войск из административной столицы Луганской области, Северодонецка, бои в котором шли почти месяц. С потерей столицы украинской части Луганской области и вероятным взятием Лисичанска ВС России установят контроль над всей территорией области.

Боевые действия в Донбассе 17-24 июня

Детали

Контролировавшийся ВСУ выступ вокруг двух крупнейших городов украинской части Луганской области, Северодонецка и Лисичанска, стал главной точкой боевых действий на востоке Украины еще в конце марта, когда Сергей Шойгу заявил, что российские войска «сосредоточатся на освобождении Донбасса». В течение трех месяцев российская армия медленно, прежде всего с помощью артиллерии, в которой имеет преимущество, пробивала украинские укрепрайоны.

В Северодонецк — административную столицу украинской части Луганской области — первые российские части вошли еще 27 мая. Но украинская армия весь последующий месяц продолжала удерживать промзону завода «Азот» в южной части города. Российские войска и с севера, и с юга грозили отрезать коммуникации и пути отхода украинской группировке в Севородонецке, и уже с начала июня военные эксперты начали говорить о неизбежности окончательной сдачи города и отвода войск. Но произошло это только сейчас — в пятницу глава Луганской военно-гражданской администрации Сергей Гайдай стал первым украинским официальным лицом, заявившим, что ВСУ уходят из города. Генштаб ВСУ его заявления комментировать не стал, а в своей вечерней сводке написал о продолжении штурма Северодонецка и отбитых атаках в городе.

Одновременно российские войска продвигались вперед к югу от Лисичанска, развивая наступление из взятого еще в мае города Попасная. Именно на этом направлении ВС РФ, как утверждает Минобороны, добились самого большого успеха. Утром в пятницу ведомство объявило, что российские войска смогли замкнуть котел вокруг поселков Горское и Золотое в составе четырех батальонов и артиллерийской и бригадной артиллерийской группы — всего до 2000 человек. А вечером — заявило, что группировка в котле уничтожена.

Ни генштаб ВСУ, ни офис Зеленского пока официально не комментировали эту ситуацию, но местная администрация еще утром признала захват Горского. Советник Зеленского Алексей Арестович вечером заявил, что украинские солдаты были выведены из «котла» еще до его закрытия, но признал, что успех ВС РФ в Луганской области «имеет все шансы перерасти из тактического в оперативный». Российские войска активно продвигаются к трассе Бахмут-Лисичанск, намереваясь замкнуть котел вокруг украинских войск в Луганской области, сказал Арестович.

Быстрое продвижение российских войск к югу от Лисичанска ставит все дороги из города под полный огневой контроль и усложнит потенциальный отвод оттуда украинских войск. В оперативном смысле происходящее усиливает давление на Лисичанско-Северодонецкий выступ линии обороны ВСУ и создает реальную угрозу большого окружения. Успехи достигнуты благодаря усилению российской группировки и массированию артиллерии, оценивает происходящее Минобороны Великобритании. Но с учетом истощения сил и средств перспективы дальнейших целей операции — захвата Славянска и Краматорска в Донецкой области — остаются неясными.

Вне Донбасса главные события происходили вокруг острова Змеиный к югу от Одессы — российское Минобороны сообщало об успешном отражении массированного налета на остров, уничтожении более 15 беспилотников и срыве высадки десанта 20 июня (ВСУ в свою очередь заявили об уничтожении единиц российской техники на острове). На следующий день ВСУ обстреляли газовые платформы «Черноморнефтегаза» к востоку от острова, которые Украина считает аннексированными еще с 2014 года. Сообщалось о четырех погибших и большом пожаре на одной из платформ (по спутниковым данным, он продолжается до сих пор).

Перспективы переговорного процесса остаются отдаленными. Сергей Лавров в четверг прямо заявил, что Россия будет ориентироваться на «ситуацию на земле», то есть переговоры будут вестись от «освобожденных» к началу переговоров районов. Министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба ответил, что Украина готова обсуждать только возвращение к государственным границам по состоянию «до 24 февраля».

Авторизуйтесь, чтобы оставлять комментарии